ЖУЧИЛА.
Михаил по выживаемости мог соперничать с Сильвестром Сталлоне, по непотопляемости с современной подводной лодкой, а по умению с выгодой выходить из любой ситуации, перещеголял даже Остапа Бендера.
Миша был пройдохой высокой квалификации. Проучившись 7 лет, с перерывами академических отпусков, всё таки получил диплом юриста.
Но юристом работать не смог по причине незнания предмета даже на низовом уровне. Зачёты и экзамены на юрфаке он покупал, покупал и конспекты лекций, но не читал.
Академки брал лишь тогда, когда количество двоек и незачётов делало его присутствие в стенах юридической академии - двусмысленным.
Заветной мечтой Михаила, была сумасшедшая задумка на 4 года послать своего двойника грызть гранит юриспруденции. Эту идею-фикс, он так и не смог осуществить, другого такого человека, как Миша, наверно не сыскать бы и во всём мире.
Огромный, под 190 см., невероятно толстый, не менее 10-11 пудов веса, с длинным одутловатым лицом, лопоухий донельзя, с маленькими поросячьими глазками - Мишаня производил впечатление героя комиксов.
Его обаятельной изюминкой - была голливудская улыбка, во все 32 метало-керамических зуба. Но бегающие зрачки глаз, считать Мишу за добрейшего придурка не позволяли. Говорил он вкрадчиво, пришептывая и исключительно в ласкательно-уменьшительной форме речи.
-- Эриньюшка, золотце наше, а как-бы Мишеньке сварить чашечку кофейку ? - я шла и варила, подавала в маленькой чашечке грамм на 30.
Меня эти его чашечки, малюсенькие бутербродики и кусочки с чуть-чуточками - просто бесили. Я же знала, что чашечка для Миши должна была быть не менее, чем на 600 грамм, а бутербродик был размером с городской батон и 300-и граммами сухой колбасы.
Если вы решили, по незнанию угостить Мишутку яблочком, то смиритесь с тем, что он съест 10 яблок и попросит ещё.
Кличка у него была - Проглот, у тех кто его хоть раз приглашал за стол и Винни-Пух у шляпочно знакомых из-за лопоухости, где каждое ушко - размером с блюдце. Мишаня был лёгок на подьём, невероятно шустр и носил кроссовки 50 размера. Внешний вид дополнял адидасовский спортивный костюм и барсетка в руках, чуть меньшей докторского саквояжа.
Я с Мишей не дружила, просто он был знакомым моих друзей и мы часто пересекались в гостях.
Миша держал полу-подпольный швейный цех, с радостью приветствуя рождение кооперативов. Цех был взят в аренду у государства, но работал на Мишу. Многие ателье брали заказы от населения и передавали эти заказы Мишиному цеху. Доходы были копеечные, но они были официальные.
Левые дела цех обделывал не только обманывая государство, но и покупателей. На базаре молодёжь приобретала недорогие джинсы варёнки из подкладочной ткани, которая шла только на карманы, но после купания в жидко разведенном клее ПВА - производили впечатление добротного изделия. Естественно, после первой-же стирки или дождя, они превращались в половую тряпку.
Найти продавцов и изготовителей не представлялось возможным. Джинсовые брюки, рубашки и куртки фирмы " Винни-Пух ", Миша продавал на базарах от имени несуществующего кооператива, но не в своём городе, а на всей территории СССР.
Шей Миша свои изделия из нормальной джинсы, так какие претензии, только честь и хвала. Но карманка по 1 руб. 22 копейки метр - это уже обман, уголовное дело и тюрьма.
Миша стал " дружить " моего мужа, обхаживал и уговаривал поехать вдвоем на реализацию самопала в Урюпинск, просто как помощника - на что я глупая согласилась, ещё не зная качества Мишиного пошива.
Да и муж считал, что инженеру заработать на базаре 300 рублей за выходные - будет не зазорно. Времена были для промышленной интеллигенции не денежные.
То что на Мишиной заднице негде уже было пробу ставить - я понимала, но деньги в семье не плодились почкованием, а сыны-спиногрызы требовали велосипеды, магнитофоны, модную одежду, да и кушали с аппетитом.
Миша мог продать что угодно и кому угодно. Моему недотёпе он продал отрез чистой шерсти - английский шевиот на брюки, оказавшийся банальным полиэстером.
Мне подарил на день рождения брелок, который попискивал от хлопка в ладоши и будучи повешенным на связку ключей - мелодично напоминал о ключах - мы здесь. Естественно, что брелок не работал.
А когда Мишу пришли арестовывать по левым делам, то дверь он никому не открыл, мотивируя свой отказ детским голоском из-за металлической двери, что мол ему мама чужим дядям открывать дверь не разрешает.
Пытаясь протиснуться к прилавку с дефицитным товаром, Мишаня дурным голосом начинал орать:
-- Убили-и-и, человека убили-и-и ! - естественно толпа рассеивалась, не стремясь попасть в свидетели. Миша оказывался рядом с прилавком и скупал оптом дефицит, а когда народ его снова плотно обступал с желанием побить - он сумками как тараном пробивал себе дорогу к выходу, сурово крича в толпу:
-- Поберегись, ведро с краской, расступись, а то измажу !
Я видела много проходимцев по жизни, но такого артиста как Михаил, ни разу. Это был виртуоз аферы, романтик надувательства и вранья. Следующий рассказ триптиха о Мише и моём муже.
Комментариев нет:
Отправить комментарий