Он после недавней жары под +30, остыл до +20. Облачность не тяжела, но имеет красноватый оттенок, от попыток солнца пробить её толщу. Ольховая живая изгородь рядом с бунгало, размыта дождём в одну салатово-
фисташковую вермишель из веток, тонких стволов и оранжевых сполохов, рано начавших желтеть и сохнуть листьев крон.
Вид в окне во всю ширину стены напоминает дно зацветшего аквариума, из которого вычерпали почти всю воду для чистки. Роль рыб поменьше исполняют машины, крупных - автобусы и фуры. Они проплывают вдалеке, на фоне сумрачного соснового бора, по краю эспарцетового поля, от которого у меня и Чарли постоянная аллергия.
У самых окон моего жилища росли уже 20-й год, нечастые, но роскошные самшитовые кусты, достававшие до середины стволов берёз, высаженных по углам дома. Цветут они белыми с розовым подпалом шапками, как японская сакура. Всю осень и зиму на этих кустах резвились красноголовые сорокопуты, третируемые чёрными дроздами. Они склёвывали маленькие с кислинкой ягоды с голых веток, иногда прямо из под снега. В прошлом году кусты самшита срезали вровень с подоконником. Срезали по-воровски, за десять минут до 8-го часа утра и сразу погрузив в кузов пикапа - увезли.
Древесина самшита очень дорога. Из неё делают ручки к столовым наборам и ножи для бумаг. Пока я кинулась, ухватить для себя обрезков кривых стволиков, всё уже увезли. Кусты эти не мои, муниципалитета. Этой весной, обезглавленный самшит дал метровые побеги, которые уже к июню покрылись густой опушкой листьев. Сейчас эти зелёные головки ветер клонит из стороны в сторону, а тяжелые капли дождя шелестят в их кудрявой шевелюре.
Чарли проник за мою поясницу, и почти придавленный к спинке дивана, развёл своё жалостливое мурчание. На завтра обещали солнце. Скорей бы уже ...
Автор Эриния Адоба
Комментариев нет:
Отправить комментарий