Когда ещё сыновья не вымахали на голову выше меня и на две выше бабушки, не начали лысеть, огрубляться и хамить , я любила в самолёте мечтать. Будущая жизнь представлялась такой-же чистой и ясной, как и небо на 12-и километрах над землёй. Всё муторное и мельтешащее оставалось где-то внизу, в полусумраке, под тяжелыми, налитыми влагой низовыми тучами. Там посверкивали молнии, видные в разрывы перистых облаков на божественной высоте, наверно гремели громы и моя мама поспешно закрывала форточки. Где то там сейчас, на балконах докуривали свои сигареты мои бывшие мужчины, отцы сыновей и просто случайные, приспанные и прогнанные по утру к своим женам и детям. Высота охраняла меня от назойливых дум о детях, работе, вечной нехватке денег и многом таком, что и проблемами назвать нельзя, а так мелочью жизни, досадливой суетой в жизни женщины - главе дома.
В полудрёме, под комариный писк турбин, мечталось особенно сладко. В столовой большой и редко собирающий вокруг себя всю семью - стол. Сыновья с невестками и внуками, старенькая мама с пунцовыми щёчками, постоянно подкручивающая на максимум колёсико громкости слухового аппарата. Собака и кот, воровато пытающиеся стянуть что ни будь со стола. Сонные от еды внуки и внучки.
Сыновья предпочитают есть на кухне, впопыхах и не дожевывая. Все страшно мечутся и опаздывают. Ночуют не известно где и с кем. Свои квартиры превратили в железнодорожные залы ожидания, проходные дворы для друзей и богемные ночлежки.
В последние полёты в поднебесье стала ловить себя на диком желании не возвращаться на землю. Не слышать брюзжание мамы. Ничего не слышать и переживать о завтрашнем дне. Так бы лететь и лететь, куда не важно, но не приземлятся и не окунаться снова в болото повседневности.
Только вид из иллюминатора успокаивает и даёт надежду на будущее счастье детей, хотя бы ещё с десяток лет жизни маме и мне - немного покоя, любви мужчины и сил дождаться общего застолья без суеты за большим столом.
Автор Эриния Адоба

Комментариев нет:
Отправить комментарий